Проведение русских сезонов в париже год. Русские сезоны Дягилева – больше чем искусство. Деятельность Дягилева и «Русские Сезоны»

Тема: «Сергей Дягилев и его «Русские сезоны» в Париже».

Введение

С.П. Дягилев был выдающимся деятелем русского искусства, пропагандистом и организатором гастролей русского искусства за рубежом. Он не был ни танцовщиком, ни хореографом, ни драматургом, ни художником, и, однако, его имя известно миллионам любителей балета в России, Европе. Дягилев открыл Европе русский балет, он продемонстрировал, что пока в европейских столицах балет приходил в упадок и погибал, в Петербурге он укрепился и стал искусством весьма значительным.

C 1907 по 1922 С. П. Дягилев организовал70 спектаклей от русской классики до современных авторов. Не менее 50спектаклей были музыкальными новинками. За ним «вечно следовали восемь вагонов декораций и три тысячи костюмов». «Русский балет» гастролировал по Европе, США, вечно встречая бурные овации.

Наиболее известные спектакли, радующие зрителей Европы и Америки на протяжении почти двух десятилетий были:«Павильон Армиды» (Н. Черепанин, А. Бенуа, М. Фокин); «Жар-Птица» (И.Стравинский, А. Головин, Л. Бакст, М. Фокин); «Нарцисс и Эхо» (Н. Черепанин, Л.Бакст, В. Нижинский); «Весна Священная»(И. Стравинский, Н. Рерих, В. Нижинский); «Петрушка» (И. Стравинский, А. Бенуа,М. Фокин); «Мидас» (М. Штейнберг, Л. Бакст, М. Добужинский); «Шут» (С.Прокофьев, М. Лермонтов, Т. Славинский) и др.

О С. П. Дягилеве. Его характеристика современниками

С. П. Дягилева можно назвать администратором, антрепренером, устроителем выставок и всевозможных художественных акций – эти все определения подходят ему, но главное в нем – это его служение русской культуре. С. П. Дягилев сближал все, что без него и само по себе могло состояться или уже существовало самостоятельно – творчество разных художников, артистов, музыкантов, Россию и Запад, прошлое и настоящее, и лишь благодаря ему всё это сцеплялось и сообразовывалось друг с другом, приобретая в единстве новую ценность.

«Дягилев совмещал в себе вкусы многообразные, сплошь да рядом противоречащие, утверждая художественное восприятие, эклектизм. Благоговея перед мастерами «великого века» и века рококо, он приходил в восторг и от русских дичков, как Малютин, Е. Полякова, Якунчикова…, умиляли его и пейзажи Левитана и мастерство Репина, а когда он насмотрелся парижских «конструктивных» новшеств, то ближе всего сошелся с Пикассо, Дереном, Леже. Немногим дана такая способность чувствовать красоту…» - из воспоминаний современников.

Он был богато одарен музыкально, чувствителен к красоте во всех её проявлениях, прекрасно разбирался в музыке, вокале, живописи, с детских лет проявлял себя большим любителем театра, оперы, балета; впоследствии стал искусным и предприимчивым организатором, неутомимым тружеником, умевшим заставлять людей воплощать свои идеи. Конечно, он «пользовался» ими, беря от соратников то, что ему было то них нужно, но при этом заставлял расцветать таланты, очаровывал и привлекал их сердца. Правда и то, что равной очарованию безжалостностью он умел и эксплуатировать людей, и расставаться с ними.

Дягилевское широкое чувство красоты привлекало к нему людей неординарных, индивидуальностей и индивидуалистов. И он знал, как общаться с ними. «Дягилев обладал свойством заставлять особенно блистать предмет или человека, на которых он обращал своё внимание. Он умел показать вещи с их наилучшей стороны. Он умел вызывать наружу лучшие качества людей и вещей.»

Он был прирожденным организатором, руководителем с наклонностями диктатора и знал себе цену. Он не терпел никого, кто мог бы соперничать с ним, и ничего что могло бы встать ему поперек дороги. Обладавший сложной и противоречивой натурой, он умел лавировать среди интриг, зависти, клеветы и сплетен, которыми изобилует артистическая среда.

«Его интуиция, его чувствительность и его феноменальная память позволяли ему запомнить неисчислимое множество шедевров (картин), и больше никогда их не забыть.

У него была исключительная зрительная память и удивлявшее нас всех иконографическое чутье, - вспоминал Игорь Грабарь, его соученик по университету. – Быстрый, категоричный в суждениях, он, конечно же, ошибался, но ошибался куда реже, чем другие, и отнюдь не более непоправимо».

«Это был гений, самый великий организатор, искатель и открыватель талантов, наделенный душой художника и манерами знатного вельможи, единственный всесторонне развитый человек, которого я мог бы сравнить с Леонардо да Винчи » - такой оценки удостоился С. П. Дягилев от В. Ф. Нижинского

Деятельность Дягилева и «Русские Сезоны»

С.П. Дягилев получил хорошее музыкальное образование. Еще в студенческом кружке А. Н. Бенуа он снискал славу поклонника и знатока музыки. Д. В. Филосов вспоминал: «Интересы его были тогда главным образом музыкальные. Чайковский и Бородин были его любимцами. Целыми днями сидел он у рояля, распевая арии Игоря. Пел он без особой школы, но с прирожденным умением». Его музыкальными наставниками называли то А. К. Ледова, то Н. А. Римского-Корсакова. В любом случае, он получил хорошую подготовку, чтобы не быть «чужаком» в композиторской среде; он чувствовал специфику музыкальной композиции, сам обладал композиторским даром, о чем свидетельствует сохранившиеся рукописи его юношеских сочинений, владел музыкально-теоретическими знаниями.

В 1896г. он окончил юридический факультет Петербургского университета (некоторое время учился в Петербургской консерватории у Н.А. Римского - Корсакова).Занимался живописью, театром, историей художественных стилей. В 1897 устроил первую свою выставку в Петербургской Академии, посвященную работам английских и немецких акварелистов. Осенью того же года устроил выставку скандинавских художников. Приобретя устойчивую репутацию знатока искусств и диплом правоведа, получил место помощника директора Императорских театров.

В 1898г. был одним из основателей объединения «Мир искусства», в 1899-1904 - совместно с А. Бенуа был редактором одноименного журнала. Свою деятельность по пропаганде русского искусства - живописи, классической музыки, оперы - С.П. Дягилев начал в 1906г.В 1906-1907гг. организовал в Париже, Берлине, Монте-Карло, Венеции выставки русских художников, среди которых были Бенуа, Добужинский, Ларионов, Рерих, Врубель и др.

Выставки русского изобразительного искусства явилась откровением для Запада не подозревавшего о существовании столь высокой художественной культуры.

Поддерживаемый кругами русской художественной интеллигенции («Мир искусства», муз. Беляевский кружок и др.) в 1907 году Дягилев организовал ежегодные выступления русских артистов оперы и балета «Русские сезоны», начавшиеся в Париже с исторических концертов.

В том году он организовал в Париже 5 симфонических концертов («Исторические русские концерты»),познакомив западную Европу с музыкальными сокровищами России, представляя русскую музыку от Глинки до Скрябина: выступали С. В. Рахманинов, А. К.Глазунов, Ф. И. Шаляпин, Римский-Корсаков, и др.

Своё победное шествие по Европе русское музыкально-театральное искусство началось 6 мая 1908г., прошли премьеры русской оперы: «Борис Годунов» М. Мусоргского, «Псковитянка» Н.А. Римского-Корсакова, «Юдифь» А. Серова, «Князь Игорь» А. Бородина. Партию Б. Годунова исполнил Ф. И. Шаляпин. Зрители были покорены неповторимым тембром шаляпинского голоса, его игрой, полной трагизма и сдержанной силы.

В подобранную Дягилевым для заграничных гастролей труппу входили А. Павлова, В Нижинский, М. Мордкин, Т.Карсавина, позднее О. Спесивцева, С. Лифарь, Дж. Баланчин, М. Фокин. Балетмейстером и художественным руководителем был назначен М. Фокин. Спектакли оформляли художники: А. Бенуа, Л. Бакст, А. Головин, Н. Рерих, а в более поздние годы М.В. Добуджинский, М.Ф. Ларионов, П. Пикассо, А. Дерен, М. Утрилло, Ж. Брак.

Впервые «мирискусниснический» балет был представлен отнюдь не в Париже, а в Петербурге, в Мариинском театре. Это были балеты на музыку Н. Черепнина «Оживленный гобелен» и «Павильон Армиды» (художник А. Н. Бенуа, хореограф М. М. Фокин). Но нет пророка в своём отечестве. Новое столкнулось с искони всемогущим российским чиновничеством. В прессе замелькали безграмотные враждебные редакции. В атмосфере откровенной травли артисты, художники, работать не могли. И тогда родилась счастливая идея «балетного экспорта». Балет был вывезен за границу впервые в 1909г.19 мая 1909г. в Париже в театре Шатле были показаны постановки М. Фокина: «Половецкие пляски» из оп. А. Бородина, «Павильон Армиды»на муз. Черепнина, «Сильфиды» на муз. Ф. Шопена, сюита - дивертисмент «Празднество» на муз. М.И.Глинки, П.И.Чайковского, А. Глазунова, М.П.Мусоргского.

«Откровением», «революцией», и началом новой эпохи в балете назвали парижские хроникеры и критики русский «сюрприз».

Дягилев, как антрепренер, рассчитывал на подготовленность парижан к восприятию нового искусства, но не только. Он предугадал интерес к исконно русской национальной сути тех произведений, которые собирался «открыть» Парижу. Он говорил: «Вся послепетровская русская культура с виду космополитична, и надо быть тонким и чутким судьей, чтобы отметить в ней драгоценные элементы своеобразности; надо быть иностранцем, чтобы понять в русском русское; они гораздо глубже чуют, где начинаемся «мы», то есть видят то, что для них всего дороже, и к чему мы положительно слепы»

Для каждого спектакля М. Фокин подбирал особые средства выразительности. Костюмы и декорации соответствовали стилю той эпохи, во время которой происходило действие. Классический танец принимал определенную окраску в зависимости от развивающихся событий. Фокин добивался того, чтобы пантомима была танцевальной, а танец - мимически выразительным. Танец в его постановках нес конкретную смысловую нагрузку. Фокин много сделал для обновления русского балета, но никогда не отказывался от классического танца, считая, что только на его основе может воспитаться настоящий художник-балетмейстер, художник-танцовщик-балетмейстер, художник-танцовщик.

Последовательной выразительницей идей Фокина была Т. П. Карсавина (1885-1978). В её исполнении «мирискусники»особенно ценили удивительную способность передавать красоту внутреннюю сущность образов прошлого, будь то скорбная нимфа Эхо («Нарцисс и Эхо»), или Армида, сошедшая с гобелена («Павильон Армиды»). Тему манящего но ускользающего прекрасного идеала воплотила балерина в «Жар-Птице», подчинив развитие этого экзотического образа чисто декоративным, «живописным» идеям нового синтетического балета.

Балеты Фокина как нельзя более соответствовали идеям и мотивам культуры «серебряного века». Самое же главное, черпая новое у родственных муз, Фокин находил столь же новые хореографические приёмы, раскрывающие танец, ратуя за его «естественность».

С 1910 года Русские сезоны проходили без участия оперы.

Лучшими постановками в 1910г. Были «Шехеразада» на муз Н.А. Римского-Корсакова и балет-сказка «Жар-птица» на муз. И.Ф. Стравинского.

В 1911г. Дягилев принял решение о создании постоянной труппы, которая окончательно сформировалась к 1913году и получила название «Русский балет» Дягилева, просуществовала до 1929г.

Сезон 1911года начался спектаклями в Монте-Карло (продолжился в Париже, Риме, Лондоне). Были поставлены балеты Фокина: «Видение розы» на муз. Вебера, «Нарцисс» на муз. Черепнина, «Подводное царство» на муз из оперы «Садко» Н. А. Римского - Корсакова, «Лебединое озеро»(сокращенный вариант с участием М.Кшесинской и В. Нижинского).

Особенный успех вызвал балет «Петрушка» на муз. И. Стравинского, а оформлял балет А. Бенуа. Огромная доля успеха этой постановки принадлежит исполнителю главной партии, партии Петрушки, гениальному русскому танцовщику Вацлаву Нижинскому. Этот балет стал вершиной балетмейстерского творчества Фокина в дягилевской антрепризе, ознаменовал собой начало мирового признания И.Ф. Стравинского, роль Петрушки стала одной из лучших ролей В. Нижинского. Его отточенная техника, феноменальные прыжки-полеты вошли в историю хореографии. Однако не только техникой привлекал этот блистательный артист, но прежде всего своей удивительной способностью с помощью пластики передавать внутренний мир своих героев. Нижинский-Петрушка в воспомнаниях современников предстаёт то мечущимся в бессильной злости, то беспомощной куклой, замершей на кончиках пальцев с прижатыми к груди негнущимися руками в грубых рукавичках…

Художественная политика Дягилева поменялась, его антреприза уже не имела целью пропаганду русского искусства за рубежом, а становилась предприятием, которое во многом ориентировалось на интересы публики, коммерческие цели.

С началом 1-й мировой воины на время прерываются выступления «Русского балета»

Сезон с 1915-16гг. труппа провела в гастролях по Испании, Швейцарии и США.

В труппе были поставлены потом балеты «Весна священная», «Свадебка», «Аполлон Мусагет» ,«Стальной скок», «Блудный сын», «Дафнис и Хлоя», «Кошка» и др.

После смерти С.П. Дягилева труппа распалась. В 1932г. на базе балетных трупп Оперы Монте-Карло и Русской оперы в Париже, созданных после смерти С.П. Дягилева, организована де Базилем «Балле рюс де Монте-Карло».

Русские балеты стали неотъемлемой частью культурной жизни Европы 1900 – 1920 гг., оказали значительное влияние на все сферы искусства; пожалуй, никогда раньше русское искусство не оказывало столь масштабного и глубокого влияния на европейскую культуру, как в годы «русских сезонов».

Произведения русских композиторов, талант и мастерство русских исполнителей, декорации и костюмы созданные русскими художниками, – все это вызвало восхищение зарубежной публики, музыкальной и художественной общественности. В связи с огромным успехом парижского русского сезона в 1909 г. А. Бенуа указывал, что триумфатором в Париже явилась вся русская культура, вся особенность русского искусства, его убежденность, свежесть и непосредственность.

Заключение

Деятельность труппы «Русский балет» С.П. Дягилева составила эпоху в истории балетного театра, которая разворачивалась на фоне всеобщего упадка хореографического искусства.

«Русский балет», по сути, оставался едва ли ни единственным носителем высокой исполнительской культуры и хранителем наследия прошлого.

В течение двух десятилетий, находясь в центре внимания художественной жизни Запада, «Русский балет» служил стимулом к возрождению этого вида искусства.

Реформаторская деятельность хореографов и художников дягилевской труппы повлияла на дальнейшее развитие мирового балета. Дж. Баланчин в 1933г. переехал в Америку и стал классиком американского балета, Серж Лифарь возглавил балетную труппу парижской оперы.

Ворочая миллионами и имея поддержку таких кредиторов, как император Николай 1, предприниматели Елисеевы, великий князь Владимир Александрович, и др., владелец знаменитой «пушкинской коллекции», он жил в кредит и «умер один, в гостиничном номере, бедный, каким был всегда».

Он похоронен на кладбище Сан-Мишель, рядом с могилой Стравинского, на средства французских благотворительниц.

Список литературы

И. С. Зильберштейн /С. Дягилев и русское искусство

Моруа А. /Литературные портреты. Москва 1971г.

Нестьев И. В. / Дягилев и музыкальный театр XXвека.− М., 1994;

Пожарская М. Н. / Русские сезоны в Париже.− М., 1988;

Рапацкая Л. А. / Искусство «серебряного века».− М.: Просвещение: «Владос», 1996;

Федоровский В. / Сергей Дягилев или Закулисная история русского балета.− М.: Зксмо, 2003.

В 1908 г. с постановки оперы «Борис Годунов» в Париже начались гастроли труппы С.П.Дягилева — знаменитые Русские сезоны. Инициаторами Русских сезонов были художники группы «Мир искусства» во главе с А. Н. Бенуа, которые стремились познакомить западную публику с русским искусством.

Русская хореография и театрально-декорационное искусство стали началом новой эпохи развития европейского балета: «В истории театра есть спектакли, громадный, шумный успех которых, являясь выражением глубинных процессов в жизни искусства, сразу поднимает их до уровня этапных событий.

Таким спектаклем была премьера драмы Гюго «Эрнани», которой в 1830 г. началось наступательное шествие романтизма на французской сцене, такова была постановка «Чайки» в Московском Художественном театре, открывшая новую эру в сценическом искусстве.

С полным правом к подобным событиям надо причислить и гастрольные спектакли русской оперы и балета в Париже в 1908 и 1909 годах».

Такой успех был связан с тем, что в этих спектаклях слились воедино совершенство вокально-драматической формы и хореографии с музыкой, сценическим действием и декорациями. В Русских сезонах принимали участие передовые деятели русской культуры — А. Бенуа, Л.Бакст, М.Фокин, И.Стравинский, позднее Н.Гончарова, М.Ларионов и С.Прокофьев, представители европейского авангарда — Ж. Кокто, ГГ. Пикассо, А. Матисс, Дж. Балла, А.Дерен, Ж. Брак, Дж.де Кирико и др.

Первый балетный сезон 1909г. стал настоящей сенсацией — пресса писала об открытии «неведомого мира», о «революции» и начале новой эры в балете. Спектакли Русских сезонов, по словам Ж. Кокто, «привели в экстаз» публику и «потрясли Францию».

Это было связано не только с выбором блестящих исполнителей и классической музыки русских композиторов, но и с невиданной прежде целостностью и взаимосвязью всех компонентов сценического действа. Декорации и костюмы создавались по эскизам одного художника, что для того времени было смелым новаторством.

О декорациях и костюмах Л.Бакста, А. Головина, А. Бенуа, Н. Рериха говорили не меньше, чем о хореографии. Огромное впечатление парижской публики от «экзотических» балетов дягилевской труппы привело к возникновению новых стилей в массовой моде: увлечению Востоком и экзотикой славянской культуры.

На публику произвели впечатление свободное обращение русских художников с разнообразными эпохами и культурами как творческими источниками, раскованность цветовых решений и безграничная фантазия в изобретении необыкновенных деталей.

В сезон 1909 г. публика рукоплескала «Клеопатре» и «Юдифи», «Половецким пляскам» и «Псковитянке». В 1910г. успехом пользовались балеты «Шехерезада» и «Жар-птица». В этих постановках «экзотика Востока и русской национальной сказки предстала перед зрителем в еще более ярком воплощении».

Русская тема звучала в балете «Садко» {1911г.), операх «Хованщина» (1913г.), «Борис Годунов» (1913г.), «Весна священная» (1913 г.), «Князь Игорь» (1914г.), опере-балете «Золотой петушок» (1914г.), балете «Полуночное солнце» (1915г.), танцевальной сюите «Русские сказки» (1917г.). Несомненно, что эти постановки предварили «русский стиль», который войдет в моду в 1920-е гг.

Каждое посещение Парижа открывало передо мной что-нибудь новое, словно неведомый режиссер своей рукой намечал главную тему и ставил увлекательный спектакль, с одному ему известной тайной расстановки мизансцен.
В тот погожий, по осеннему красочный день, освещенный нежаркими лучами ласкового парижского солнца, мне бросилось в глаза обилие названий улиц, площадей и прочих городских достопримечательностей, носящих имена, так или иначе связанные с русской культурой.
Стоя перед таким известным всему миру зданием парижской Гран- Опера, я неожиданно вспомнила, что в 2009 году мировая культурная общественность отмечала 100-летие «Русских балетных сезонов» Сергея Дягилева в Париже. Согласитесь, культурное событие, которое выдержало столетний испытательный срок, уже о многом говорит.
К тому же, в молодости я увлекалась балетом, знала почти все балетные постановки Большого театра в исполнении выдающихся представителей этого вида искусства: Галины Улановой, Ольги Лепешинской, Раисы Стручковой, Натальи Бессмертновой, Майи Плисецкой и др. Но потом проза жизни увела меня в сторону: работа, семья, быт…
И вот, спустя много лет, в Париже мне как будто нарочно стали попадаться на глаза знакомые имена:
– Площадь Дягилева (позади здания Гран Опера)
– Улица Георгия Баланчина
– Аллея Нежинского
– Улица Сергея Прокофьева
– Аллея Римского-Корсакова
– Площадь Игоря Стравинского.
Оказывается, усилия Сергея Дягилева по пропаганде русской культуры во Франции и его деятельность, охватывающая широкую гамму художественной жизни России начала XX века (живопись, музыку, оперные и балетные постановки) остались не только в сердцах благодарных парижан, но и в названиях парижских площадей, улиц, садов и т.п.
А как же всё начиналось?
Сергей Павлович Дягилев (1872-1929) – неоднозначная, весьма противоречивая фигура, противоречивый характер... И все же друзья его любили и многое ему прощали. Если же оценить его деятельность по пропаганде русского искусства за рубежом, в первую очередь, во Франции и благотворное влияние, которое это искусство оказало на всю театральную жизнь Франции, да и Западной Европы в целом, то его историческое значение для искусства окажется гораздо более весомым, чем все шероховатости его личности.
Сергей Дягилев происходил из обедневшего дворянского рода. В детстве он жил в Санкт-Петербурге, потом в Перми, где служил его отец. Брат отца, Иван Павлович Дягилев, был меценатом и основателем музыкального кружка. В доме, названном современниками «Пермскими Афинами», по четвергам собиралась городская интеллигенция. Здесь музицировали, пели, разыгрывали домашние спектакли. Большое влияние на него оказала его мачеха – Е.В.Панаева. В ее гостеприимном доме устраивались музыкальные вечера, ставились целые оперы. Сергей Дягилев свободно говорил по-французски и по-немецки, музицировал. У него была изысканная внешность, что-то барственное чувствовалось во всей его фигуре.
В 1890 г по окончании пермской гимназии С.Дягилев приезжает поступать в санкт-петербургский университет. Здесь через своего двоюродного брата он знакомится с группой молодых художников, некоторые из которых (Александр Бенуа, Лев Бакст) разделят с ним его увлеченность театром на долгие годы.
Не все могли выдержать «горячечный темп его работы». Но он умел добиваться того, к чему стремился. Дягилев был великим мастером «ласкового натиска», он умел «почувствовать человека» и встряхнуть своих сотрудников.
Обновление балета зародилось в среде художников. Их идеалы касались всего искусства. Созданный ими журнал так и назывался: «Мир искусства». Он просуществовал до 1904 года.
Перед поездкой во Францию Дягилев организовал, и с успехом, несколько художественных выставок в России. И вот, наконец, Париж!
1906 год. С.Дягилев вместе с А.Бенуа и Львом Бакстом устраивает грандиозную выставку при Осеннем Парижском салоне в залах Большого дворца. В 12 залах была широко представлена русская живопись XVIII и начала XIX века. (Передвижники в этом салоне не участвовали).
На выставку приехали: Кандинский, Петров-Водкин. Сомов и Врубель. Особый успех выпал на долю «Принцессы Грезы» М. Врубеля и его «Демона».
1907 год. В мае Дягилев организует в Гран Опера в Париже 5 концертов русской камерной музыки с участием композиторов: Н. Римского-Корсакова, Р. Рахманинова, А. Глазунова и знаменитого певца Федора Шаляпина. 16 мая 1907 г. Шаляпин впервые в Париже спел с триумфальным успехом арию Князя Игоря Бородина. Эти концерты стали настоящим откровением для парижан.
1908 год. При поддержке великого князя Владимира Александровича Дягилев привез в Париж постановку оперы «Борис Годунов» с Ф.Шаляпиным в главной роли. Декорации – Александра Головина и Александра Бенуа.
До этого целый год Дягилев ездил по русским деревням, собирал настоящие сарафаны, бисер и старинные вышивки. Впоследствии он передал все эти костюмы и декорации Гран-Опера.
Дягилев очень любил Мусоргского и хотел познакомить мир с этим русским композитором. Декорации писались в Петербурге и прибыли в Париж только за 5 дней до генеральной репетиции.
Александр Бенуа писал в своих «Воспоминаниях»: «На свете нет места, которое было бы мне дороже Парижа, этого «гениального города», в котором вот уже столько столетий не переводится и бьющая ключом жизненная энергия, и удивительное чувство красоты, и всевозможное откровения науки, и романтика общественных идеалов...»
1909 год. К опере Дягилев впервые присоединяет балет, в котором он видел синтез живописи, музыки и танца. Отсутствие средств чуть не сорвало эту поездку. Пришлось даже собирать деньги по подписке, чтобы снять в Париже театр Шатле.
В репертуаре были:
«Павильон Армиды» Н.Н.Черепнина.
«Половецкие пляски» из Князя Игоря» Бородина.
«ПИР» – дивертисмент, русские народные танцы в постановке Петипа на музыку Римского-Корсакова, Чайковского, Мусоргского, Глинки и Глазунова.
«Клеопатра» А. Аренского.
«Сильфиды» Ф. Шопена.
«Борис Годунов» М. Мусоргского.
«Псковитянка» («Иван Грозный») Н. Римского-Корсакова.
1 акт «Руслана и Людмила» М. Глинки.
Над декорациями к «Половецким пляскам» работал Н.К.Рерих.
Какие театральные развлечения знал Париж в конце 19 века? Парижские кабаре, кафешантаны, театрики... Гастроли иностранных трупп. Балеты обычно давались после опер, как второе отделение. Балет был царством женщин. Завсегдатаи считали для мужчин позорным танцевать. Да и в оперу ходили не ради самого спектакля, а чтобы посмотреть на «милых дам». Отсюда, весь стиль балетных спектаклей носил несколько фривольный характер.
В Париже балет уже давно казался пережитком. О самостоятельном мужском танце давно забыли. И вдруг – русские балеты, где все необычно: и декорации, и музыка, и балерины, и «человек-птица» – В. Нежинский...
Дягилевские сезоны встряхнули всю культурную жизнь не только Франции, но и всей Европы. С них как бы начинается новая эра в европейском театральном искусстве. Русская «дикая примитивность», простота и даже наивность покорили «салонную приторность Парижа».
Именно поэтому Русские сезоны (постановка, музыка, замечательные артисты) явилось для Парижа буквально шквалом свежего воздуха и завоевало себе самых искренних поклонников среди парижан. Русские сезоны были приняты, как откровение и самое крупное событие в мировой художественной жизни начала ХХ века. Шесть недель продолжалось «Русское чудо». Спустя четверть века Ж.Кокто писал: «Дягилевские спектакли перевернули Францию». Газеты писали о балерине Карсавиной: «Это танцующее пламя, это рисунок воздушной пастели». Откровением явился и русский кордебалет с его психологической экспрессивностью.
В том году русские артисты выступали в театре Шатле (ныне Музыкальный театр Парижа с великолепно оборудованной сценой и перестроенным залом). Но в 1909 году всё было по-иному. Приехавшие весной артисты обнаружили, что сцена не приспособлена для тех эффектов, которые были доступны для них в Москве и Петербурге.
Хорошо, что Дягилев привез с собой и русских плотников, которые разобрали весь пол сцены, т.к. нужно было срочно строить специальные люки и сменить всю систему подвески декораций. А приехавшие из России швеи спешно доканчивали удивительные по своей красоте театральные костюмы. Так что капризная мода Парижа тоже испытала на себе немалое влияние от соприкосновения с русским искусством.
В 1911 Дягилев принял решение о создании постоянной труппы, которая окончательно сформировалась к 1913 и получила название «Русский балет Дягилева». Благодаря гастролям его труппы балетное искусство пережило ренессанс. Он оказал огромное влияние на формирование всего балетного искусства 20 века, на отношение к нему серьезных художников. Созданные в его антрепризе балеты до сих пор являются украшением крупнейших балетных сцен мира. Они идут в Москве, Петербурге, Париже, Лондоне, Нью-Йорке.
Впервые Европа увидела, благодаря ему, пленительный танец Анны Павловой, необыкновенную выразительность Вацлава Нежинского, познакомилась с хореографическим гением Михаила Фокина.
Шумным успехом пользовались «Половецкие пляски» из «Князя Игоря» и «Вакханалия» на музыку Глазунова из балета «Времена года» в постановке М.Петипа.
На время войны 1915-1916 гг. сезоны в Париже прекратились. Труппа распалась. Дягилев вынашивал грандиозные планы организации фестивалей, выставок, но они остались незавершенными.
О его последних спектаклях, которые временами эпатировали публику, писали «странный», «экстравагантный» и даже «отталкивающий». Вместо хореографии – атлетизм или даже акробатизм. Некоторые критики называли Стравинского «акробатом звуков». Появление в труппе Сергея Лифаря, а в 1925 году – нового балетмейстера Георгия Баланчина позволило продолжить Парижские сезоны. Но казалось, сам Дягилев терял интерес к своему детищу, его бурная энергия постепенно исчезала, а творческое окружение покидало его.
"Русские сезоны" просуществовали до 1929-го года. В разное время над их реализацией работали такие художники, как Андре Дерен, Пикассо, Анри Матисс, Хуан Миро, Макс Эрнст, композиторы Жан Кокто, Клод Дебюсси, Морис Равель и Игорь Стравинский, танцоры Серж Лифарь, Антон Долин и Ольга Спесивцева. И даже Коко Шанель создавала костюмы для балета «Аполлон Мусагет»...
* * *
Под вечер дела привели меня на площадь Шатле. Площадь возникла в начале 19 века на месте старинной крепости с тем же названием. А в 1862 году архитектор Габриель Давю строит здесь два удивительных однотипных театра в стиле итальянского Ренессанса, один напротив другого. Один – Городской театр, больше известный среди парижан, как Театр Сары Бернар, и Музыкальный театр, бывший Театр Шатле. В 1909 году на сцене этих театров ставились неповторимые русские балеты, пел Ф.Шаляпин в «Князе Игоре» и «Иване Грозном». Сейчас внутреннее устройство этих театров переделано, оснащено вращающейся сценой и современным оборудованием.
Всё-таки удивительный город этот Париж! Он с редким постоянством собирает и хранит воспоминания ушедших эпох, бережно вписывает в свою топонимику имена людей, оставивших славные страницы в истории мировой культуры. И от этого только молодеет и открывает новые горизонты для новых талантов, новых имен, новых свершений. Были бы таланты! А История никого из них не забудет…

Р усские сезоны Сергея Дягилева и особенно его балетная антреприза не только прославили русское искусство за рубежом, но и оказали большое влияние на мировую культуру. «Культура.РФ» вспоминает жизненный и творческий путь выдающегося антрепренера.

Культ чистого искусства

Валентин Серов. Портрет Сергея Дягилева (фрагмент). 1904. Государственный Русский музей

Отзывы художественной критики оказались более чем благоприятными, а для большинства парижан русская живопись стала настоящим открытием. Автор биографии импресарио, писательница Наталия Чернышова-Мельник, в книге «Дягилев» цитирует рецензии парижской прессы: «Но могли ли мы подозревать о существовании величавого поэта - несчастного Врубеля?.. Вот Коровин, Петровичев, Рерих, Юон - пейзажисты, ищущие острых ощущений и выражающие их с редкой гармоничностью Серов и Кустодиев - глубокие и значительные портретисты; вот Анисфельд и Рылов - пейзажисты очень ценные…»

Игорь Стравинский, Сергей Дягилев, Леон Бакст и Коко Шанель. Швейцария. 1915. Фотография: persons-info.com

«Русские сезоны» в Севилье. 1916. Фотография: diletant.media

За кулисами «Русских Балетов». 1916. Фотография: diletant.media

Первый европейский успех Дягилева только раззадорил, и он взялся за музыку. В 1907 году он организовал серию из пяти «Исторических русских концертов», которые прошли на сцене парижской Гранд-опера. Дягилев тщательно подошел к отбору репертуара: со сцены звучали произведения Михаила Глинки, Николая Римского-Корсакова, Модеста Мусоргского , Александра Бородина , Александра Скрябина . Как и в случае с выставкой 1906 года, Дягилев ответственно подошел и к сопроводительным материалам: печатные программки концертов рассказывали короткие биографии русских композиторов. Концерты были так же успешны, как и первая русская выставка, и именно выступление с партией князя Игоря в «Исторических русских концертах» прославило Федора Шаляпина . Из композиторов парижская публика особенно тепло приняла Мусоргского, на которого с этого времени во Франции пошла большая мода.

Убедившись, что русская музыка вызывает у европейцев живейший интерес, для третьего Русского сезона 1908 года Дягилев выбрал оперу «Борис Годунов» Мусоргского. Готовясь к постановке, импресарио лично изучил авторский клавир, заметив, что в постановке оперы под редакцией Римского-Корсакова были удалены две сцены, важные, как он посчитал, для общей драматургии. В Париже Дягилев представил оперу в новой редакции, которую с тех пор используют многие современные постановщики. Дягилев вообще не стеснялся адаптировать исходный материал, подстраиваясь под публику, зрительские привычки которой отлично знал. Поэтому, например, в его «Годунове» финальной стала сцена смерти Бориса - для усиления драматического эффекта. То же касалось и хронометража спектаклей: Дягилев считал, что они не должны длиться дольше трех с половиной часов, а смену декораций и порядок мизансцен он рассчитывал вплоть до секунд. Успех парижской версии «Бориса Годунова» только подтвердил авторитет Дягилева и как режиссера.

Русский балет Дягилева

Пабло Пикассо работает над оформлением балета Сергея Дягилева «Парад». 1917. Фотография: commons.wikimedia.org

Мастерская Ковент-Гарден. Сергей Дягилев, Владимир Полунин и Пабло Пикассо, автор эскизов балета «Треуголка». Лондон. 1919. Фотография: stil-gizni.com

У самолета Людмила Шоллар, Алисия Никитина, Серж Лифарь, Вальтер Нувель, Сергей Григорьев, Любовь Чернышева, Ольга Хохлова, Александрина Трусевич, Пауло и Пабло Пикассо. 1920-е. Фотография: commons.wikimedia.org

Идея привезти за границу балет появилась у импресарио в 1907 году. Тогда в Мариинском театре он увидел постановку Михаила Фокина «Павильон Армиды», балет на музыку Николая Черепнина с декорациями Александра Бенуа. В то время в среде молодых танцовщиков и хореографов наметилась определенная оппозиция по отношению к классическим традициям, которые, как говорил Дягилев, «ревниво оберегал» Мариус Петипа . «Тогда я задумался о новых коротеньких балетах , - писал Дягилев позже в своих воспоминаниях, - Которые были бы самодовлеющими явлениями искусства и в которых три фактора балета - музыка, рисунок и хореография - были бы слиты значительно теснее, чем это наблюдалось до сих пор» . С этими мыслями он и приступил к подготовке четвертого Русского сезона, гастроли которого были запланированы на 1909 год.

В конце 1908 года импресарио подписал контракты с ведущими артистами балета из Петербурга и Москвы: Анной Павловой , Тамарой Карсавиной , Михаилом Фокиным, Вацлавом Нижинским, Идой Рубинштейн , Верой Каралли и другими. Кроме балета, в программе четвертого Русского сезона появились оперные спектакли: Дягилев пригласил выступить Федора Шаляпина, Лидию Липковскую, Елизавету Петренко и Дмитрия Смирнова. При финансовой поддержке своей подруги, известной светской дамы Миси Серт, Дягилев арендовал старый парижский театр «Шатле». Интерьер театра специально для премьеры русских спектаклей переделали, чтобы увеличить площадь сцены.

В Париж труппа Дягилева прибыла в конце апреля 1909 года. В репертуаре нового Сезона были заявлены балеты «Павильон Армиды», «Клеопатра» и «Сильфиды», а также «Половецкие пляски» из оперы «Князь Игорь» Александра Бородина. Репетиции проходили в напряженной обстановке: под стук молотков и визг пил во время реконструкции «Шатле». Михаил Фокин, главный хореограф постановок, не раз устраивал по этому поводу скандалы. Премьера четвертого Русского сезона состоялась 19 мая 1909 года. Большинство зрителей и критиков не оценили новаторскую хореографию балетов, но все были в восторге от декораций и костюмов Льва Бакста, Александра Бенуа и Николая Рериха, а также - от танцовщиков, особенно от Анны Павловой и Тамары Карсавиной.

После этого Дягилев целиком сосредоточился на балетной антрепризе и существенно обновил репертуар, включив в программу Cезонов «Шехеразаду» на музыку Николая Римского-Корсакова и балет по мотивам русских народных сказок «Жар-птица». Музыку к последнему антрепренер попросил написать Анатолия Лядова, но тот не справился - и заказ перешел к молодому композитору Игорю Стравинскому . С этого момента началось его многолетнее плодотворное сотрудничество с Дягилевым.

Русский балет в Кельне во время европейских гастролей Сергея Дягилева. 1924. Фотография: diletant.media

Жан Кокто и Сергей Дягилев в Париже на премьере «Голубого экспресса». 1924. Фотография: diletant.media

Прошлый успех балетов позволил импресарио представить спектакли нового сезона уже в Гранд-опера; премьера пятых Русских сезонов состоялась в мае 1910 года. Лев Бакст, традиционно участвовавший в создании костюмов и декораций, вспоминал: «Сумасшедший успех «Шехеразады» (весь Париж переоделся по-восточному!)» .

Премьера «Жар-птицы» прошла 25 июня. В переполненном зале Гранд-опера собралась художественная элита Парижа, в том числе Марсель Пруст (Русские сезоны не раз упоминаются на страницах его семитомной эпопеи «В поисках утраченного времени»). Неординарность видения Дягилева проявилась в знаменитом эпизоде с живыми лошадями, которые должны были появиться на сцене во время спектакля. Игорь Стравинский вспоминал про этот случай: «…Бедные животные вышли, как предполагалось, по очереди, но начали ржать и приплясывать, а одна из них выказала себя скорее критиком, нежели актером, оставив дурно пахнущую визитную карточку… Но эпизод этот был потом забыт в пылу общих оваций по адресу нового балета» . Михаил Фокин объединил в постановке пантомиму, гротеск и классический танец. Все это гармонично сочеталось с декорациями Александра Головина и музыкой Стравинского. «Жар-птица», как отмечал парижский критик Анри Геон, была «чудом восхитительнейшего равновесия между движениями, звуками и формами…»

В 1911 году Сергей Дягилев закрепил постоянное место проведения своего Ballets Russes («Русского балета») - в Монте-Карло. В апреле того года в «Театре Монте-Карло» новые Русские сезоны открылись премьерой балета «Призрак Розы» в постановке Михаила Фокина. В ней публику поразили прыжки Вацлава Нижинского. Позднее в Париже Дягилев представил «Петрушку» на музыку Стравинского, который стал главным хитом этого сезона.

Следующие Русские сезоны, в 1912–1917 годах, в том числе из-за войны в Европе, были не очень удачными для Дягилева. В числе самых обидных провалов была и премьера новаторского балета на музыку Игоря Стравинского «Весна священная», который публика не приняла. Зрители не оценили «варварские танцы» под непривычную языческую бурную музыку. В это же время Дягилев расстался с Нижинским и Фокиным и пригласил в труппу молодого танцовщика и хореографа Леонида Мясина.

Пабло Пикассо . Позднее художники Хуан Миро и Макс Эрнст сделали декорации для балета «Ромео и Джульетта».

1918–1919 годы были отмечены успешными гастролями в Лондоне - труппа провела там целый год. В начале 1920-х годов у Дягилева появились новые танцовщики, приглашенные Брониславой Нижинской Серж Лифарь и Джордж Баланчин. Впоследствии, после смерти Дягилева, они оба стали основоположниками национальных балетных школ: Баланчин - американской, а Лифарь - французской.

Начиная с 1927 года работа в балете все меньше удовлетворяла Дягилева, к тому же он увлекся книгами и стал заядлым коллекционером. Последним громким успехом дягилевской труппы стала постановка Леонида Мясина 1928 года «Аполлон Мусагет» с музыкой Игоря Стравинского и костюмами Коко Шанель.

«Русский балет» успешно проработал вплоть до кончины Дягилева в 1929 году. В своих воспоминаниях Игорь Стравинский, говоря о новых тенденциях в балете ХХ века, отметил: «…возникли ли бы эти тенденции без Дягилева? Не думаю» .